Архив

Март

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
      1 2 3 4
5 6 7 8 9 10 11
12 13 14 15 16 17 18
19 20 21 22 23 24 25
26 27 28 29 30 31  

Апрель

Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
            1
2 3 4 5 6 7 8
9 10 11 12 13 14 15
16 17 18 19 20 21 22
23 24 25 26 27 28 29
30          

Актуальное интервью

Пушкин в XXI веке

Недавно группа студентов и преподавателей Вильяндиской Академии культуры Тартуского университета побывала на практике в Государственном мемориальном историко-литературном и природно-ландшафтном музее-заповеднике А.С.Пушкина «Михайловское» (Пушкинский Заповедник)

Он пришел на встречу с нами в подшитых кожей валенках, тулупе, джинсах и свитере. Пошутил, что это и есть зимняя униформа музейного работника. Раздал всем видеокассеты с фильмом о Заповеднике и буклеты. Еще мы получили анкеты на тему «Пушкин в твоей жизни». За чаем я взял небольшое интервью у директора Пушкинского Заповедника Георгия ВАСИЛЕВИЧА .

– Известный русский поэт Владислав Ходасевич призывал русских эмигрантов «аукаться Пушкиным». Насколько актуален Пушкин и его творчество для молодежи современной России?

Директор Пушкинского Заповедника Георгий Василевич

– Не будем говорить о поколении «пепси», не будем ругать по-стариковски молодежь. Поговорим о тех, кто приезжает сюда зимой на неделю, как твои студентки из вильяндиской Академии культуры, или летом на две-три недели, как ребята из движения Доброхотов, которые живут на поляне в Михайловском в палатках, готовят еду на костре и любуются ночным небом. С ними происходит почти то же самое, что происходило с Пушкиным. С той лишь разницей, что они живут в музее под открытым небом, а Пушкин был сослан из теплой и блестящей Одессы в деревеньку своих родителей. Конечно, он жил пусть в небогатом, но все же устроенном родовом гнезде, а не в палатке, сырой от утренних туманов. Тем не менее, он тоже перешел какую-то черту, и за этой чертой обнаружил не ужасающую пустоту, а совершенно иной мир, который вдруг показался ему необычайно интересным. Это происходит, по счастью, с любым молодым человеком, который дает себе труд остановиться и сделать попытку пожить иной жизнью – без дискотек, тусовок и электронных игр. Хотя есть виртуозы, которые и в палатке с помощью динамо-машины пытались наладить работу компьютера. Но даже они подпадали под магию этого места и начинали видеть, как оно устроено. А устроено оно очень просто: утром встает солнце, а у Пушкина мы читаем «мороз и солнце, день чудесный». Что может быть наивней? С таких наивных вещей начинается самое главное: растворение в пейзаже, в тумане, в утреннем или вечернем солнце, в этом "ничегонеделанье"… Чем хорошо Михайловское, чем вообще хороши места на земле, где можно остаться наедине с самим собой? Тем, что ты находишь дорогу к самому себе. А значит, находишь дорогу и к самым простым и к самым возвышенным истинам. Бывает довольно и одной встречи, даже одного мгновения, которое ты переживаешь как очень острое, чтобы потом возвращаться сюда вновь и вновь.

– Известный критик Валентин Яковлевич Курбатов говорил мне, что он все сорок лет, с первого дня знакомства с Пушкинским Заповедником, не может надышаться им и каждый раз уезжает с невероятной тоской и любовью. А как это было в твоей жизни?

– Впервые я попал сюда, когда мне было двенадцать лет. Мне и в голову не могло прийти, что когда-нибудь я стану директором Заповедника. Было огромное желание не потерять контакт с этим местом, хотелось все время сюда возвращаться, но у меня и в мыслях такого не было!

– Сколько лет минуло с твоего первого приезда в Михайловское?

– Двадцать один год. Я жил в Белоруссии, закончил истфак Минского университета, и вдруг – поворот в судьбе. С тех пор здесь.

– Вернемся к началу нашего разговора. Читают ли молодые Пушкина, судя по ответам анкет?

– Процентов десять и читают, и смотрели фильмы и спектакли по произведениям классика. Но надо учесть, что анкеты составляют люди нашего с тобой возраста, а отвечает на них совсем другое поколение – ребята, которые пишут и получают письма по Интернету, а это совсем другое дело. Как явление глобальное Пушкин из жизни уходит… Примерно так, как уходил Шекспир. В то же время для разных стран Европы и России сегодня наступил некий переломный момент, когда мы, вдоволь хлебнув таких новшеств как телевидение, мобильный телефон, Интернет, поняли, что кино не заменяет театра, театр не заменит книгу, а книга не заменит живой беседы. Мир все равно вернется к классическому образованию, к знанию имен и текстов, без которых немыслима мировая культура. Какая-то часть молодежи, без сомнения, относится к классическому наследию серьезней, чем это делаем мы. Для нас классика очень часто – это некая данность, которую можно не читать, но спорить по ее поводу, а для них это путешествие в другое пространство и открытие с помощью новых технологий самих себя.

– По-моему, мы еще живем в двадцатом веке, а двадцать первый начнется с пристального чтения классики. Сейчас по всему миру создаются клубы читателей, но не тех, кто читает глянцевые журналы или детективы-однодневки. Жаль, если в России утратится широкий интерес к серьезной литературе. Заповедник построен на цитатном принципе. А если молодые чувствуют «гения места», а пушкинских текстов не знают? С этим-то как быть? Сейчас даже филолог не сможет прочитать «Евгения Онегина» без научного комментария того же Ю.Лотмана. В каком направлении будет развиваться Заповедник – для беспамятных или памятливых?

– Стать человеком своей культуры, европейской и шире – мировой – можно только в том случае, если ты потратил изрядное количество сил на ее освоение. Двадцатый век был в этом отношении, конечно, веком рассеянных людей. Перелеты на самолетах из одной точки планеты в другую создавали иллюзию того, что тебе принадлежит весь мир, и ты все обо всем знаешь. Но на такой скорости подлинное знание невозможно. Ты должен остановиться, вникнуть, полюбить. В местах, подобных Заповеднику, и происходит этот процесс. Есть места проходные и события преходящие. А встреча с Заповедником – это всегда Событие на всю твою оставшуюся жизнь. И если говорить о значении музеев-заповедников в XXI веке, то это, прежде всего, собирание своих людей, своих «апостолов» классической культуры, которые и возобновят, и распространят ее повсеместно. Культура на том и стоит, что приходя к Пушкину, мы   знаем Пушкина, мы влюблены в Пушкина, а если мы приходим абсолютно пустыми и отделываемся в лучшем случае механически заученными цитатами, то чуда преображения вашей души не случится. И тогда возникают странные и недопустимые явления, когда посреди пушкинского ландшафта вырастает ложноклассический особняк нового русского – в деревеньке Зимари, почти напротив дома поэта в Михайловском. Причем, все это происходит на законных основаниях, за пределами мемориальной территории Заповедника, но в пейзаже, запечатленном Пушкиным в его бессмертных стихах. Так нарушается цитатный принцип этого места, так стирается образ XIX века, так торжествует всепожирающая беспамятность. А мы проморгали, не включили эти земли в свое время в музейную зону Заповедника, но ведь никто и не покушался… Если бы хозяин особняка чтил Пушкина, он бы не позволил этой, мягко говоря, бестактности. А теперь, выйдя на балкон своего особняка по ту сторону реки Сороти, в мягких лучах восходящего солнца он зевнет и скажет, глядя на окна пушкинского кабинета: не спишь, брат Пушкин, все кропаешь? И это не просто новый русский, а еще и член Федерального Собрания. То есть тот, кто должен заботиться о культурном наследии России. Вот-вот примут новый Закон о музеях-заповедниках, и тогда мы сможем обратиться в суд, а пока можно только апеллировать к совести и сознанию этого человека… А здесь та самая беда: ну, не успел он прочесть Пушкина, готовился на юриста. Приятно побыть с Пушкиным на дружеской ноге да еще в таком месте. Раньше эта беда была в Подмосковье, под Петербургом, теперь у нас. И мы должны остановить это движение вширь, иначе мы потеряем Заповедник.

Беседовал Андрей ТАНЦЫРЕВ

Газета MOLES

14.04.2006

Комментарии читателей

Ваши комментарии

*Ваше имя:

Email:

Заголовок сообщения:

*Текст сообщения:

Курсы валют

EUR 15.6466

USD 12.9632

RUR 0.45994

Погода

Rambler's Top100